Сирийский исход: Российские войска покидают Эль-Камышлы, судьба двух других военных баз решится в среду

Российские военные эвакуируются с базы, расположенной на аэродроме Эль-Камышлы в сирийской провинции Хасака, населённой преимущественно курдами. Об этом сообщил ресурс Kurdistan24, и никаких опровержений не последовало.

На телевизионной картинке, продемонстрированной курдскими журналистами, виден транспортный самолёт Ил-76 ВКС России с открытой аппарелью грузового люка и вертолет Ми-8 со снятыми лопастями, чтобы разместить его в грузовом отсеке Ил-76.

Ранее сообщалось, что переходное правительство Сирии во главе с Ахмедом аш-Шараа может попросить Россию покинуть аэродром Эль-Камышлы. Ожидается, что аш-Шараа посетит Москву в среду 28 января для встречи с Путиным.

Российская военная база на аэродроме Эль-Камышлы возникла в 2019 году в рамках Сочинских соглашений.

России было предложено усилить в регионе силы правительства Башара Асада и начать совместное патрулирование с турецкими войсками для избежания вооруженных столкновений с курдами.

Очевидно, новая сирийская власть хочет разбираться с северо-восточной «курдской» частью республики по-своему, и присутствие там российских миротворцев в их планы не входит.

Российское присутствие сохраняется еще в двух точках Сирии — в порту Тартус и на авиабазе «Хмеймим» у города Латакия на берегу Средиземного моря. Вопрос будущего этих баз стоит в повестке контактов Москвы с аш-Шараа, что ранее подтверждали обе стороны.

Нужны ли России военные базы в новой Сирии, создающейся после государственного переворота и свержения Асада? На этот вопрос «Свободной Прессы» ответил политолог-международник и военный аналитик Александр Храмчихин.

«СП»: Зачем нам сейчас база в Эль-Камышлы?

— Это был опорный пункт в так называемом Курдистане. Сейчас я вообще не очень понимаю, зачем нам нужны базы в Сирии, потому что у власти в этой стране находится не дружественный нам режим. Да, мы с ним общаемся, встречаемся. Но это — не союзники.

А наши военные на базах в Сирии теперь зависят от этого режима целиком и полностью. Это касается даже Тартуса, который, действительно, был важен для России при Асаде.

Что же касается Эль-Камышлы, то теперь, когда Курдистан фактически разгромлен, в этой базе вообще нет никакой необходимости, наши военные там находятся в полной зависимости от всех окружающих и враждующих между собой сил, ни одна из которых, мягко говоря, не друг нам. Как и курды, кстати говоря.

Мы там перестали являться той нейтральной силой, которая была нужна всем, даже туркам.

«СП»: Нашим дадут оттуда выйти без препятствий и провокаций?

— Надеюсь (в свете возможной встречи Путина с аш Шараа, — «СП»).

«СП»: Базы «Хмеймим» и «Тартус» стали зависимы от новой сирийской власти в том смысле, что без её согласия туда невозможно отправить провиант или провести ротацию?

— Само существование этих баз зависит от благосклонности новых властей Сирии, которые, повторю: не являются дружественными для нас. Просто они не хотят прямой конфронтации с Москвой в данный момент. Видимо, мы им немножко нужны для баланса со всеми остальными силами, не более того.

Конечно, жалко терять Тартус и «Хмеймим», но попадать в зависимость от местного режима — очень плохо. Американских баз по всему миру видимо-невидимо, но ни одной из них (кроме Гуантанамо на Кубе) нет в стране, которая была бы не дружественной США.

Иметь базу в недружественной стране — это создавать проблему исключительно самим себе.

«СП»: А почему жалко терять две базы на побережье Средиземного моря?

— Когда мы ими бесплатно пользовались на территории полностью пророссийской страны — это были и наши дополнительные вооруженные силы в средиземноморском регионе, и логистические узлы.

У нас не очень правильное среди обывателей понимание словосочетания «военная база». Воспринимается так, как будто это даёт огромные преимущества. Но эти преимущества существуют только при условии нахождения по соглашению с дружественной властью, а иначе они превращаются в проблемы. И я думаю, что если не сейчас, то через некоторое время нам будет лучше уйти оттуда.